Дмитрий Якушев (yakushef) wrote,
Дмитрий Якушев
yakushef

Category:

Левые в эпоху бонапартизма и на выходе из нее

Мне тут один боец "Левого фронта", не будем называть его имени, при встрече предъявил претензию, что я к власти отношусь лучше, чем к товарищам по левому движению. Здесь все на так. И к власти я отношусь не лучше, да и левого движения пока никакого нет. А левые группы, члены которых так болезненно переживают критику в свой адрес, все последние годы, если называть вещи своими именами, являлись отрядом на службе наиболее реакционного неолиберального крыла партии власти. Поэтому удары по левакам были в известном смысле ударами по власти.

Дело тут в том, что вся эта каспаровско-касьяновская оппозиция, с которой так легкомысленно сошлись наши левые, никогда не была вполне оппозицией.

Эта всегда была уличная проекция неолиберального крыла власти, лишь принимавшая форму оппозиции. Отсюда такой легкий переход из власти в "радикальную оппозицию" и обратно. Андрей Илларионов, Никита Белых и Маша Гайдар - наглядные примеры того, как власть практически сливается с "оппозицией". Так ли взгляды ушедшего в "оппозицию" Илларионова, отличаются от взглядов Шувалова, Дворковича, Набиулиной, самого Медведева или обслуживающих власть экспертов из ИНСОРа? Практически не отличаются. По существу, Илларионов, Каспаров, Шувалов, Дворкович и Медведев представляют одну партию - реакционнейшую либерально-компрадорскую. 

Естественно, что эта либерально-компрадорская партия, являющаяся неотъемлемой  частью власти, есть злейший враг трудящихся и всего нашего народа. Таким образом, "товарищи по левому движению" по глупости или сознательно, оказавшиеся по ту сторону баррикад, стали мишенью для последовательной марксистской критики. По сути, эта критика призывает леваков опомниться, посмотреть с какими темными силами они теперь состоят в союзе.

Впрочем, положение, в котором оказались леваки в некотором смысле было неизбежно. Дело в том, что в период путинского бонапартизма, когда во власти временно победила фракция "суверенной демократии", ограничившая капитал и опиравшаяся при этом на массы, возможности для левой политики очень сильно сузились. По существу, левым в этот период оставалась лишь литературно-журналистская деятельность в интернете, чем и был так называемый "красный путинизм". Тут надо сказать, что "красный путинизм" никогда не имел и не мог иметь выхода на какую-либо политическую практику за пределами интернета, а был не более чем марксистским анализом текущей политической ситуации. А вот те, кто обвинял нас в сотрудничестве с властью, на самом деле сотрудничали с ее самым реакционным крылом, правда многие из них по простоте душевной этого не понимали и думали, что сотрудничают с "демократической оппозицией".

Понятно, что те, кто пытался сохранить свои организации оказались в трудном положении. Как я уже говорил, бонапартизм временно сузил возможности левых исключительно до журналистики, а это значит, что многие активисты, пришедшие к левым в 90-е годы неминуемо должны были выпасть и уйти в частную жизнь. Увы, но это был совершенно неизбежный поворот, на который необходимо было идти. Организации нужно было не сохранять, а фактически распускать, сокращая их до редакций на добровольной основе. Попытки сохранить организацию во что бы то ни стало и привели левых в объятия неолибаралов, недовольных путинским бонапартизмом.

Почему Путин на какой-то момент смог так сузить возможности для левой политики? Дело в том, что Путин - это, конечно, реакция. Но это еще и реакция внутри реакции, поэтому на каком-то отрезке его действия могли носить прогрессивный характер. Пока Путин опершись на массы ограничивал капитал и восстанавливал необходимые общенациональные институты левым оставалось только наблюдать. Сейчас повестка дня бонапартизм исчерпана, а значит появляется возможность и даже необходимость для левой политики. И вот к этому моменту левые подходят повязанные союзом с самыми реакционными фракциями буржуазии. В итоге, вместо действительно революционных лозунгов, которых требует день они лишь уныло повторяют "Россия без Путина" и требуют отставки правительства.

Какой лозунг радикальнее "Россия без Путина" или "Социализм - выход из кризиса? Если чуть напрячь мозги, то ответ будет очевиден. Конечно, второй лозунг радикальнее. В первом вообще радикализма очень мало, а если он и есть, то это радикализм реакции. Ведь само по себе устранение Путина ничего не поменяет в стране, а если и поменяет, то только в худшую сторону, ибо Путин, что ни говори, сегодня хоть как-то сдерживает рыночных фундаменталистов. Именно на Путина замыкается вялая попытка проведения хоть какой-то сознательной промышленной политики. Не случайно лозунг "Россия без Путина" написан на знаменах самых реакционных сил от неолибералов, до откровенных фашистов, которые, к слову сказать, становятся все ближе и ближе друг другу.

Если говорить о Путине, то он плох тем, что превратил сдерживание рыночных фундаменталистов в свой личный бонапартистский бизнес. Путин - это такой тормоз, который с одной стороны не дает откатиться назад, а с другой - мешает двигаться вперед.

Но вернемся к лозунгам. Следование одному или другому лозунгу ведет к совершенно разным союзам. Поднимите лозунг "Россия без Путина" и вы обнаружите рядом с собой Каспарова, который недавно на страницах Уол Стрит Джорнал с упоением рассказывал, как он был рад, когда Рейган объявил СССР "империей зла", вы найдете рядом с собой ельцинских вельмож вроде Сатарова, вы найдете рядом с собой тех, кто организовывал расстрел Дома Советов в 1993 году, вашими союзниками будут Гайдар, Илларионов, рыночные фундаменталисты из ИНСОРа и, конечно, сам президент Медведев с его либеральным окружением.

Но стоит только поднять лозунг о социализме, как вся эта нечисть злобно зашипит и отползет подальше от вас. Таким образом, как уже давно замечено, условием компромисса левых с либералами является отказ от собственно социалистических требований.

В то же время "красной путинизм" в силу полной независимости от власти никогда не требовал от своих последователей отказа от коммунизма. Более того, мы всегда критиковали Путина и всю разросшуюся команду охранителей с левых позиций, показывая им обреченность их политики, которая им самим до сих пор ясна не была.

Мы готовы на союзы, но только с теми, кто не требует от нас снятия наших лозунгов, кто созрел для того, чтобы сотрудничать с коммунистами именно, как с коммунистами. А это, очевидно, скорее будут люди ранее связанные с "суверенной демократией" и бонапартизмом. Илларионов и Маша Гайдар к коммунистам не придут. 
Tags: красный путинизм, марксизм, новая оппозиция
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment